У меня не живут цветы,
Красотой их на миг я обманут,
Постоят день, другой, и завянут,
У меня не живут цветы.

Да и птицы здесь не живут,
Только хохлятся скорбно и глухо,
А на утро - комочек из пуха...
Даже птицы здесь не живут.

Только книги в восемь рядов,
Молчаливые, грузные томы,
Сторожат вековые истомы,
Словно зубы в восемь рядов.

Мне продавший их букинист,
Помню, был и горбатым, и нищим...
...Торговал за проклятым кладбищем
Мне продавший их букинист.

Амадо Нерво

Это что за сирена, чей голос так странен,
чьё так матово тело, а косы - темны?
Это - отблеск луны в тихоструйном фонтане,
это - отблеск луны...

Это чей по ночам так надсаден и страшен
в моём доме повсюду звучащий призыв?
Это - ветра порыв, что свистит среди башен,
это - ветра порыв...

То не ангел ли огненный машет крылами
в предзакатной дали, что кровава-ярка?
То плывут облака чередою над нами,
то плывут облака...

Чьи алмазные льются дождём украшенья
в воду с бархатно-синих воздушных завес?
Это - образ небес, их в реке отраженье,
это - образ небес...

Все усилья постичь красоту - бесполезны...
Но в каком из зеркал, о Творец, - в высях звездных,
на земле иль в душе моей, - властвуешь ты?
В каждой капле мечты, что сверкает из бездны,
в каждой капле мечты.

Неутешительные выводы.

Неутешительные выводы 
Приходят в голову по осени,
Неутешительные выводы
Приходят в голову к зиме.
И лес прозрачен, словно вымытый,
И в стылом поле дремлют озими,
И огоньки по краю вышиты,
И ночь приходит в тишине.

Не мучительная, не запойная,
А спокойная, зимняя ночь.
Бьется птица в груди беспокойная
И ничем мне не может помочь.
И долгожданная бессонница
Для размышлений и признания
К столу над лампочкою склонится
И будет мне шептать слова.
И, может, что-нибудь исполнится,
И для меня откроет знания,
Наутро выбелив все здания,
В права вступившая зима.

Неутешительные выводы
Приходят в голову по осени,
Неутешительные выводы 
Приходят в голову к зиме.
Как будто падаешь с обрыва ты
На первый лед на нашем озере,
И черный след, тобою выбитый,
Пугает птицу в вышине.

Не мучительная, не запойная,
А спокойная. зимняя ночь.
Бьется птица в груди беспокойная
И ничем мне не может помочь. 

А казалось бы...

А казалось бы, проще простого
Перестать, ожидая, листать
Подвернувшийся томик Толстого
И залечь отсыпаться и спать.
И не видеть во сне никакого
И намека на чай по утрам..
А казалось бы, проще простого 
Никогда и не встретиться нам.

А казалось бы, проще простого
Все три слога сложить в "никогда"
И увидеть обычное слово,
И промолвить его без труда,
И держаться при встречах лишь строго
Или холодно и высоко...
А казалось бы, проще простого,
Повстречавшись, расстаться легко.

А казалось бы, проще простого
Остудиться за год или два,
И уже принимать как чужого,
И не помнить из песен слова,
И не плакать, беря до Ростова
На ближайшие сутки билет...
А казалось бы, проще простого
Позабыть все с течением лет.

                                         1998

С Клочков " Лунь "

_Эй, Лунь... - за рукав слегка потеребили. - Ты что затих? Случилось чего?
- Да нет... философствую на предмет человеческой натуры.
- А-а. Ясно.
- И что именно ясно?
- Да так... дерьма в человеке много, Лунь. Хорошие люди мне редко встречались.
- И какое самое хреновое дерьмо в хомо сапиенсах?

- Равнодушие...

Взгляд с другой стороны...

Я очень люблю творчество Олега Митяева. Это необыкновенно проникновенные песни, очень тонко и глубоко подмечающие все нюансы наших человеческих чувств...Нашего человеческого сердца... Гитара, голос...Но, недавно, я листала книгу с его интервью и стихами, и поняла, что читать их так же здорово! Даже  что - то новое для себя открываешь. Взгляд с другой стороны...
А вот и песня про мой любимый город ...

          Травник

Ни в одном старом травнике
Никакого издательства
Не найдете рецепта вы 
От простого предательства.

Заскользит в рапиде снег
Вдоль ссутуленных берез,
И не каждый человек
Сразу скажет, что стряслось.
Просто в свой трамвай не сел,
Просто некуда спешить,
Просто ты промок совсем,
Просто надо как-то жить.

Крепко взять за пиджак себя,
Прогулять по окрестностям,
И на поезд купить билет
До заброшенной местности.

И проплыть в прострации
Дня четыре или пять,
И на тихой станции
Выйти и пойти гулять.
Пить таблетки тишины
В залежах безмолвия,
И ни друга, ни жены,
И скромные условия.

Или выйти пораньше здесь,
Взять в ларьке в Переделкино
Литр водки и выпить весь
И народное дать кино.

Влезть по лестнице на дом,
Песни петь в истерике,
И кричать, что мы живем
Лучше, чем в Америке.
Встретить местных пацанов
И Бродского читать для них,
И проснуться без часов,
В заморозках утренних.

Ни в одном старом травнике
Никакого издательства
Не найдете рецепта вы
От простого предательства...

                           1998 

Оченно люблю я Ливнет(Li). Есть там такие интересные люди! Читать их дневник - это всегда открытие, новые грани поэзии, новые имена. Слезы и смех, улыбка и печаль. Одна из них - Фелисата. Заходите, читайте, плачьте и улыбайтесь...

http://www.liveinternet.ru/users/felisata/profile

Елена Николаевская

Покой и суета сует - две сущности существованья...
Как встречи нет без расставанья - их друг без друга как бы нет.

Ах, эта суета сует! Но от неё покой зависит:
Она гармонию приблизит, тьму потеснит, подарит свет...
Будь доброй, суета сует! И помни: милость не унизит.

Знай, сила множится твоя великодушием, отдачей...
Да, только так - и не иначе! - по всем законам бытия...
Остановись...Луны рукой коснись, взгляни, как небо звёздно!..

Но если говорить серьёзно - покой приходит слишком поздно,
Когда пора уж на покой.

А.Вороненко "Охотники за счастьем"

  - Понимаешь,Ворон, я думаю, что на самом деле Зона такая, какой ты ее видишь. То есть для каждого человека она своя, индивидуальная. Зона - это некое зеркальное отображение человеческой души... То, что ты внутри себя создаешь, то рано или поздно находит свое отражение в мире, а вовсе не наоборот, как принято считать.
   - Что ты имеешь в виду?
   -  Обрати внимание... Негативно настроенные люди обычно получают от жизни сплошной негатив. А кому живется хорошо? Да тем, кто любит жить! Тем, кто любит все то, что их окружает, и продолжает любить несмотря на различные трудности и неприятности. Получается, что это не они любят свою жизнь за то, что она у них такая хорошая. А, наоборот, за то, что они ее любят и принимают такую, какая она есть, жизнь награждает их и отвечает им взаимностью. Счастливы те, кто по-настоящему любят Жизнь! А не те , кто хотят из нее уйти или просто прозябают в ней, как основная серая масса, терпят ее, как нечто должное. Они изо дня в день тянут свою жизнь, словно рутину. Такие люди не живут, а просто существуют. А нужно не просто существовать, а жить и получать от этого удовольствие! Счастливы те, кто умеют наслаждаться жизнью. Те, кто ценят ее и проживают каждый свой день, словно последний... Так же и в Зоне... Зона дает нам различные испытания и наблюдает за тем, как мы с ними справимся. С каким отношением подойдем к их решению. С ненавистью, озлоблением, агрессией? Или же с любовью, пониманием, смирением и благодарностью?  А затем, Зона те чувства, которые в нас увидит, просто берет и "отзеркаливает" и материализует их в реальность, вот и все!
  - И что. по-твоему, с этим делать?
  - Ощути в своей душе любовь ко всему, что тебя окружает, и, рано или поздно, она отразится, "отзеркалится" во внешнем мире и в итоге вернется к тебе. Жизнь ответит тебе взаимностью, любовью...В народе не зря говорят: не полюбишь себя сам, не полюбит никто...

С Вольнов "Ловчий желаний"

- Противостоять аномальной энергии мы способны только потому, что способны любить. В этом основа нашего иммунитета. Выбросы и спады так называемой злой энергии - мыслительный процесс Зоны, всплески ярости или гнева и периоды спокойных раздумий. Пульсации ее разрушительной ненависти. Она многое чувствует. Только вот любить не может.
- Ты о ней говоришь, как ... о живой?
- А ты что, до сих пор... э - э ... не впустил ответ в свое сознание? Вот тугодум...Она и есть живая.О, еще и какая живая! Подвижная и непоседливая, хотя вроде на одном месте торчит. Но, умом резвая - жуть! Как и положено растущему ребенку.
- Чем - чем резвая?!
- Не прикидывайся, что ослышался. Оно не просто живое. Разумное. Только еще слишком маленькое, в смысле, младенчик. Дите дитем. Крушит и ломает все, что попадется. В устройстве мироздания пытается разобраться, я так думаю.
- Она?!

... Зона классно устроилась, она всей собой думает. Везде сплошные мозги, точнее, она и есть вся из себя мозг. Мы, получается, в извилинах бродим. Мы тоже ее как бы мысли...

Воротишься на родину. Ну что ж.
Гляди вокруг, кому еще ты нужен,
кому теперь в друзья ты попадешь?
Воротишься, купи себе на ужин

какого-нибудь сладкого вина,
смотри в окно и думай понемногу:
во всем твоя одна, твоя вина,
и хорошо. Спасибо. Слава Богу.

Как хорошо, что некого винить,
как хорошо, что ты никем не связан,
как хорошо, что до смерти любить
тебя никто на свете не обязан.

Как хорошо, что никогда во тьму
ничья рука тебя не провожала,
как хорошо на свете одному
идти пешком с шумящего вокзала.

Как хорошо, на родину спеша,
поймать себя в словах неоткровенных
и вдруг понять, как медленно душа
заботится о новых переменах.

С Вольнов "Ловчий желаний"

   Дочитала я давеча эту книгу.  Как же приятно читать! Давненько я так не наслаждалась прекрасным русским языком! Грамотно, глубоко, ни разу не споткнулась ни на одном слове или предложении. Повествование льется плавно, ровно. Есть стилистически выверенные обороты речи в диалогах. Да, это определенный сленг этих людей. Людей, живущих в Зоне. Людей, живущих ЕЮ. И сюжет! Не "отпускало"до последней страницы! Интересно, интересно и опять интересно! Я читала главу или абзац и откладывала книгу в сторонку. Надо было обдумать прочитанное! Впервые в СТАЛКЕРЕ столкнулась с таким! Книга не для юзеров, а для Хомо Сапиенсов  ))) 

     Эпиграф к книге: " Посвящается тем, кто способен искренне пожелать счастья для всех, даром..."
    

С Вольнов "Ловчий желаний"

  Но, именно в тот бесконечно длинный, наполненный смертью и страхом день, Ник впервые по-настоящему осознал, что каждый следующий шаг в Зоне может оказаться последним не в философском смысле, а в жизненно - арифметическом. Потому жалеть, оплакивать, тормозить просто некогда.
      Сталкеры существовали, далеко вперед не заглядывая. Вся жизнь сталкера, при всем его умении более чем серьезно относиться к каждой следующей секунде ходки, как будто умещалась на линии прицела. Не дальше и не шире. Парадоксально, но факт.
    Ежесекундная готовность умереть в сочетании с ежесекундной острейшей  необходимостью продлить жизнь еще на шаг. Кто сумеет этому алгоритму соответствовать, тот проходит дольше и дальше...

Снято в цыганском квартале в Гранаде. 2011 год.
Душа Испании жива! Оле, Испания!!!

                                               Гранада. За роялем.

Истинная поэзия - это любовь, мужество и жертва.
                                                    Федерико Гарсия Лорка

                       С Днем Рождения! Троекратное - ура! ура! ура!

Опять Шопен не ищет выгод,
Но, окрыляясь на лету,
Один прокладывает выход
Из вероятья в правоту... 

Встав из грохочущего ромба
Предрассветных площадей,
Напев мой опечатан пломбой
Неизбываемых дождей.

Под ясным небом не ищите
Меня в толпе сухих коллег.
Я смок до нитки от наитий,
И север с детства мой ночлег.

Он весь во мгле и весь - подобье
Стихами отягченных губ,
С порога смотрит исподлобья,
Как ночь, на объясненья скуп.

Мне страшно этого субъекта,
Но одному ему вдогад,
Зачем ненареченный некто, -
Я где-то взят им напрокат.
                                1914

Послесловие

Любимая - жуть! Когда любит поэт,
Влюбляется бог неприкаянный.
И хаос опять вылезает на свет,
Как во времена ископаемых.

Глаза ему тонны туманов слезят.
Он застлан. Он кажется мамонтом.
Он вышел из моды. Он знает - нельзя:
Прошли времена - и безграмотно.

Он видит, как свадьбы справляют вокруг,
Как спаивают, просыпаются.
Как общелягушечью эту икру
Зовут, обрядив ее, - паюсной.

Как жизнь, как жемчужную шутку Ватто,
Умеют обнять табакеркою,
И мстят ему, может быть, только за то,
Что там , где кривят и ковереают,

Где лжет и кадит, ухмыляясь комфорт
И трутнями трутся и ползают,
Он вашу сестру, как вакханку с амфор,
Подымет с земли и использует.

А таянье Андов вольет в поцелуй,
И утро в степи, под владычеством
Пылящихся звезд, когда ночь по селу
Белеющим блеяньем тычется.

И всем, чем дышалось оврагам века,
Всей тьмой ботанической ризницы
Пахнет по тифозной тоске тюфяка
И хаосом зарослей брызнется.

                                         Лето  1917

Мы все уходим парусами
в одну далёкую страну.
Ветра враждуют с облаками,
волна клевещет на волну.

Где наша пристань? Где-то...Где-то!
Нам рано говорить о ней.
Мы знаем лишь её приметы,
но с каждым днём они бледней.

И лишь когда мы всё осилим
и всякий одолеем срок -
освобождающе под килем
прибрежный зашуршит песок.

И берег назовётся ясным
и чистым именем своим.
Сейчас гадать о нём напрасно
и сердца не утешить им.

Сейчас кругом чужие земли,
буруны, вихри, облака,
да на руле, когда мы дремлем,
немого ангела рука.